Как я делаю протез, который садится как нужно

Ничего «авторского»

Сейчас в стоматологии модно преподносить работу как «авторскую технологию»: авторские виниры, авторские импланты, авторские протезы. У меня авторского нет вообще — от слова совсем. Всё, что я делаю, было придумано задолго до меня, и это моё сознательное решение.

В мире существуют две базовые школы съёмного протезирования. Немецкая — как всё немецкое: педантичность, технологичность, точный расчёт. Японская — более гармоничная с точки зрения биобаланса, если говорить простыми словами. Кому-то нужен точный расчёт и педантичность при постановке зубов, кому-то — баланс. Мой профессионализм заключается в том, чтобы для каждого конкретного случая взять от немцев одно, от японцев другое — и правильно подать пациенту то, что нужно именно ему. Только так получается исключительный результат.

Почему врач и техник должны быть одним человеком

В съёмном протезировании врачебная работа — это максимум 30% трудозатрат. Всё остальное — техника: изготовление протеза в лаборатории. Обычно эти две части делают разные люди, и между ними — слепки, записки, звонки, «я имел в виду немного другое». На этой передаче теряется результат: прикус чуть не тот, посадка чуть не та, и начинаются перепримерки.

Я делаю обе части сам. Когда я снимаю слепок, я уже знаю, как буду ставить зубы. Когда ставлю зубы — помню, как выглядит лицо человека и как он говорит. Вопроса «кто шил костюмчик» у пациента не возникает. Подробнее обо мне →

Из чего состоит работа

1. Осмотр и разговор. Смотрю состояние полости рта, слизистой, костной ткани. Спрашиваю, что не устраивало в прошлых протезах, если они были. Обсуждаем ожидания и цену.
2. Индивидуальные слепочные ложки. Стандартная ложка из коробки не повторяет форму конкретной челюсти. Я изготавливаю ложку под пациента, и только потом снимаю функциональный слепок — с учётом того, как двигаются губы, щёки и язык.
3. Гнатометрия и определение прикуса. Измеряю, как движется челюсть, определяю высоту прикуса и положение челюстей относительно друг друга. От этого зависит, будет ли протез мешать жевать и говорить.
4. Антропометрия лица и постановка зубов. Подбираем вместе с пациентом форму, размер и цвет зубов — это часть работы, в которой пациент участвует обязательно. Примеряем восковую модель: вы видите будущий протез до того, как он изготовлен, и можете внести коррективы.
5. Изготовление. В лаборатории, из материалов Candulor и Ivoclar. По системе BPS (биофункциональная система протезирования) — там, где это показано.
6. Посадка и сопровождение. Сдача протеза, инструкции по уходу, а дальше — год бесплатного перебазирования и 5 лет гарантии. Приезжайте на контроль — это часть метода, а не «дополнительная услуга».

Чем это отличается от «протеза из поликлиники»

Исторически в нашей стране съёмное протезирование считалось низкосортным — «уделом бабушек». Это наследие советского поликлинического подхода, когда в лабораторию приходили десятки пациентов в день и она выдавала десятки протезов «на-гора». При таком подходе сделать хороший протез невозможно ни при каких обстоятельствах.

Современное съёмное протезирование — высокотехнологичный и сложный вид протезирования. По уровню, на мой взгляд, в России оно сейчас в лучшем случае на уровне 60–70-х годов европейских стран. Хорошим съёмным протезированием занимается очень мало людей. Я делаю его так, как принято в мировой практике сегодня, — и это единственное, чем я занимаюсь с 1997 года.